13:14 Интервью с Базаровым Дмитрием Владимировичем, кондидатом медицинских наук, врачом-хирургом, онкологом, пульмонологом. Член московского общества хирургов, Европейского респираторного общества, Европейского общества торакальных хирургов, Европейского общества хирургической онкологии. Является соавтором 103 публикаций по проблемам торакальной хирургии, пульмонологии и онкологии, некоторые из них опубликованы в зарубежных научных изданиях. Торакоскопические операции; торакоскопическая хирургия; эффективные инструменты; торакоскопия

Текст беседы

Ведущий: Уважаемые друзья, добрый день. Сегодня у нас в гостях снова Дмитрий Владимирович Базаров, руководитель отделения торакальной хирургии РНЦХ. Дмитрий Владимирович, здравствуйте.

Дмитрий Владимирович: Добрый день, Александр. Добрый день, уважаемые товарищи.

Ведущий: Сегодня у нас с вами тема — торакоскопические операции. Если коротко оценивать этот термин, то к нему отношение разное у специалистов — они делятся примерно на два лагеря. Первые любят, говорят, что это хорошо, вторые — не до конца понимают, почему это хорошо. И действительно, грудная клетка — это замкнутая коробка. Объясните, пожалуйста, бывают разные случаи, все они требуют большого внимания, потому что это хирургия. Почему это хороший метод, когда речь идет о том, чтобы заглянуть внутрь этой темной коробки?

Дмитрий Владимирович: Александр, дело в том, что во всём мире торакоскопическая хирургия получила широкое распространение и в настоящее время почти 80% торакальный операций в ведущих европейских и мировых клиниках выполняются путем торакоскопии. Российская хирургия, к сожалению, российская торакальная хирургия отстала в этом вопросе как минимум на 15 лет. Притом, что у торакальных хирургов на самом деле есть преимущества перед абдоминальными хирургами. Если в брюшной полости выполнение лапароскопических операций зачастую сопряжено с трудностями в плане — там нельзя существенно, скажем так, сместить кишечник, печень, всё это, скажем так, брюшная полость очень маленькая. То в абдоминальной полости, если анестезиолог отключает легкое и оно впадет в состояние ателектаза, у нас возникает достаточно большое пространство. У некоторых пациентов это пространство может достигать 5 литров.

Ведущий: Ведущий: Так.

Дмитрий Владимирович: И вот перед нами объект, патологический объект — опухоль или другое заболевание. У нас достаточно пространства, чтобы манипулировать на нём. Сейчас разработаны очень хорошие, эффективные инструменты — оптика, мониторы высокого разрешения. У нас есть великолепная возможность выполнять эти операции на самом высочайшем уровне.

Ведущий: Ну то есть сегодняшняя техника позволяет без какого-то стеснения залезть практически в любой отдел грудной клетки, подлезть к любому органу, даже несмотря на то, что бывают пациенты с какими-то, может быть, анатомическими особенностями?

Дмитрий Владимирович: Да, вы абсолютно правы. Действительно, производители этой техники прошли настолько далеко вперед, что даже сейчас производятся камеры, имеющие функцию изгибаемой головки, изгибаемой камеры, поэтому мы можем, действительно, заглядывать в самые трудные, самые труднодоступные участки грудной клетки.

Почему выбрать Мединтерком?

  • Только ведущие специалисты
  • Тесты на лучшем оборудовании
  • Полная информация о ходе лечения
  • Отсутствие очередей и сложностей
  • Особое отношение и личный доктор


Продолжение текста беседы

Ведущий: Хорошо. Если говорить о результативности — скажите, пожалуйста, с появлением такой техники, с появлением торакоскопических, с внедрением торакоскопических операций в практику хирурга, насколько выросли лечебные возможности?

Дмитрий Владимирович: В настоящее время у нас недостаточно данных, чтобы оценивать отдаленные результаты, которые в онкологии требуют от врача 5-6-летнего периода. Но у нас есть как минимум, 3-летние периоды наблюдения за пациентами, перенесшими торакоскопическую операцию, и вот эти предварительные результаты показывают, что отдаленные результаты, так же как и непосредственные результаты этих операций ничуть не отличаются от открытых торакальных вмешательств. А использование видеокамеры высокого разрешения существенно повышает прецизионность, то есть точность вмешательства, повышают безопасность вмешательства, уменьшают кровопотерю во время этих операций. То, что инструменты и камера вводятся через пятимиллиметровый-десятимиллиметровые разрезы и не требуют введения расширителей — это существенно уменьшает болевой синдром, исключает травму межреберных нервов и ускоряет сроки реабилитации этих больных.

Ведущий: Хорошо. Представьте, что я упорствую в своем заключении, в своей уверенности, что торакоскопическая техника — это хорошо, говорю я, но тем не менее есть ряд случаев, когда мы должны всё равно идти на торакотомия, то есть открывать грудную клетку, заходить туда руками, получать широкий обзор. Скажите, пожалуйста, такому моему утверждению, Дмитрий Владимирович, есть какое-нибудь рациональное объяснение, подтверждение.

Дмитрий Владимирович: Александр, действительно, торакоскопия — это всего-навсего доступ. Каждый пациент вправе сам себе выбирать доступ и, действительно, бываю клинические случаи, диагнозы, когда даже мы, торакальные хирурги, не будем предлагать пациенту торакоскопию. Это касается далеко зашедших опухолевых процессов, это будет касаться повторных операций на грудной клетке. Хотя должен отметить, что в последнее время, последний год мы даже при повторных операциях часто прибегаем к тораскопической технике, поскольку мы видим, что гораздо проще и безопаснее выделять легкое из сращений, особенно в труднодоступных местах, мы используем торакоскопическую технику. До последнего времени бытовало мнение, что некоторые болезни, такие как эхинококк, другие паразитарные заболевания также являются противопоказанием к торакоскопической операциям. У нас есть несколько иное мнение, накоплен пусть и небольшой, но опыт и даже у больных с эхинококком, с распространенным эхинококком, мы тоже прибегаем к тораскопическим операциям.

Ведущий: Ясно. Дмитрий Владимирович, а бывает ситуация, когда вы прогнозировали, что можете соперировать данного пациента с помощью торакоскопии, но в процессе операции пришлось перейти на торакотомию, то есть на большой старинный доступ?

Дмитрий Владимирович: Да, Александр, эта ситуация называется конверсия. От этой ситуации не застрахован ни один торакальный хирург, даже очень опытный, с большом опытом тораскопических операций. Периодически конверсии у нас бывают, особенно их много было в период освоения этой методики. В последний год конверсии существенно стало меньше, может быть, одна-две на 20 операций.

Ведущий: Одна-две на 20 операций.

Дмитрий Владимирович: Да. Более того, если у пациентов в послеоперационном периоде возникают осложнения, у нашего пациента, либо у пациента из другого отделения — кардиохирургического, мы зачастую предлагаем в качестве диагностической операции именно торакоскопию.

Ведущий: Да. Отлично. Я правильно понимаю, что в разы сокращается время, которое пациент проводит на койке, потому что там небольшой разрез, который требует наблюдения в течение минимум, наверное, двух недель, правильно?

Дмитрий Владимирович: Да. Уменьшается койкодень, уменьшается потребность в анальгетиках, поскольку болевой синдром в разы меньше, чем при открытой операции.

Ведущий: Анестезия в меньшем объеме?

Дмитрий Владимирович: Сейчас в нашем институте проводится исследование, посвященное как раз вопросам обезболивания, вопросам реабилитации после торакоскопических операций. Я думаю, что этот вопрос еще требует дальнейшего уточнения, но по предварительным данным наших анестезиологов, действительно, снижается, пусть ненамного, но потребность в анестетиках.

Ведущий: Это хорошо. Дмитрий Владимирович, теперь относительно диагнозов. Перечислите, пожалуйста, диагнозы, с которыми обязательно мы можем идти на торакоскопическую операцию. Видимо, есть ряд диагнозов, которые фифти-фифти, 50 на 50 — может быть, а может нет. И есть диагнозы, когда точно нет — не торакоскопия.

Дмитрий Владимирович: Хорошо. Значит, критерий включения в программу торакоскопической хирургии — почти все доброкачественные заболевания легких, все виды эфиземы, будь то булёзная, будь то диффузная физема, бронхоэптатическая болезнь, паразитарные заболевания, как я уже сказал, пороки развития легких, секвистрация, артериозные мироформации, гипоплазия легких, кисты легких, заболевания средостения. К ним также относятся опухоли средостения, кисты средостения, невриномы, шванномы. Что касается злокачественных заболеваний легких — первая-вторая стадия рака легкого сейчас в общем-то никем не обсуждается, ее можно рассматривать как кандидата в ряд торакоскопической хирургии. Противопоказанием для торакоскопии можем считать всё-таки далеко зашедшие опухоли и легких, и опухоли средостения. Особенно при вовлечении в опухолевый процесс крупных сосудов средостения, тогда требуется участие кардиохирурга и возможно подключение искусственного кровообращения. Хотя, наблюдая за работами зарубежных авторов, они выполняют торакоскопические операции даже при прорастании опухолью долевых сосудов, даже более крупных сосудов. Они делают торакоскопические пластики этих сосудов. Я думаю, что в будущем мы тоже овладеем этой методикой, я оптимистически смотрю на эту область хирургии.

Ведущий: Возраст может являться противопоказанием?

Дмитрий Владимирович: Скорее не возраст. Возраст в настоящее время в медицине не является каким-то таким строгим критерием отбора на ту или иную вид хирургии. Мы скорее смотрим на функциональное состояние легких. Дело в том, что при торакоскопии обязательным моментом является отключение легкого, как я уже сказал в начале беседы. Есть пациенты, у которых функция легких настолько снижена, что при отключении одного легкого от процесса газообмена, второе легкое просто-напросто не справляется с газообменом. И анестезиолого говорит нам, что показатели плохие. И приходится оперировать его либо в паузах между раздутым легким и невентилируемым легким, но это очень неудобно, тогда операция просто растягивается по времени. И в таких случаях, действительно, приходится переходить, прибегать к конверсии, то есть переход на открытую хирургию. Ну и там ряд редких противопоказаний — выраженный спаечный процесс, но я уже сказал, что для нас это уже, скажем так, относительное противопоказание.

Ведущий: Спасибо. Дмитрий Владимирович, относительно доступности — вы сказали, что торакоскопия в современной российской торакальной хирургии — это метод, который применяется сегментарно, то есть, скажем так, не по всей территории России этот метод известен, применяется и так далее. Но в вашем отделении вы — одни из российских лидеров на сегодняшний день. Как обстоит с доступностью этой помощи для населения?

Дмитрий Владимирович: На самом деле, как это не парадоксально, но пионерами торакоскопии в России были торакальные хирурги из Казахского онкологического центра. Они сделали первую торакоскопическую лоботомию еще в 1994 году, то есть на год позже, чем это было сделано во всём мире. Поэтому я этого не скрываю, мы в России далеко не лидеры, в России есть другие клиники, в которых опыт этих операций уже превысил 2-3-4 сотни. Но мы, по крайней мере, скажем так, активно поддерживаем эту методику, занимаемся научными изысканиями в этой области и также активно пропагандируем и защищаем этот метод.

Ведущий: Ну то есть можно сказать, что в целом пациент, которому показана торакоскопическая операция, он россиянин, он обязательно эту помощь в России получит?

Дмитрий Владимирович: Да, в настоящее время за этой операцией в Европу или Америку ехать абсолютно не обязательно.

Ведущий: Это очень хорошо. Уважаемые друзья, если у вас возникают вопросы по мере ознакомления с нашим материалом, с нашими подкастами, в которых мы стараемся объяснять те вещи из мира медицины, которые, скажем так, нельзя найти на поверхности ответа на вопросы, которые у вас возникают регулярно или, может быть, по мере поступления. Мы готовы отвечать на те вопросы, которые у вас формируются. Соответственно, если у вас будет определенное количество этих вопросов, Дмитрий Владимирович, с удовольствием на них ответит. Это может быть и видеоподкаст и в абсолютно любом формате. Поэтому, пожалуйста, подписывайтесь на наш видеоканал. Дмитрий Владимирович, спасибо большое, что пришли к нам и нашли эти 10 минут для ответа на вопросы.

Дмитрий Владимирович: Пожалуйста.

Ведущий: До новых встреч!

Дмитрий Владимирович: Всего хорошего!

Другие ролики по теме image description

 

вопросы и ответы по теметестирование

Доктор
Notice: Undefined offset: 0 in /var/www/html/app/frontend/cache/templ/_var_www_html_app_frontend_views_video_one.volt.php on line 231
отвечает на вопросы наших пациентов:

  • Путилин А.,

    Можно ли вылечить рак легкого?

    На сегодняшний день проблема рака лёгкого до конца не решена, – ни хирургическим путём, ни консервативным. Однако если у пациента опухоль лёгкого выявлена на первой или второй стадии, то шансы на его излечение, шансы на долголетие без развития опухоли очень велики. В этом вопросе должна нам помочь методология ранней диагностики, диспансеризации, check-up, check-in. На данный момент, к сожалению, пациенты чаще обращаются с поздними и запущенными стадиями заболевания. Но чтобы, так сказать,...

    Читать ответ полностью

  • Григорьев А.Г.,

    Какие симптомы должны насторожить человека, чтобы он обратился к доктору и возможно предотвратить серьезные заболевания легких?

    Они обычно не специфичны: это кашель и кровохарканье, одышка. Но, к сожалению, одышка может возникать лишь на поздних стадиях, либо человек в течение длительного времени просто не обращает внимание на одышку. Кашель ведь тоже, скажем так, долгое время не слишком тревожит человека. Самый грозный синдром, как видится из моей практики, – это кровохарканье. Как правило, кровохарканье заставляет любого человека экстренно обращаться за медицинской помощью, обследованием. Но должен сказать, что...

    Читать ответ полностью

  • Лоренко М.,

    Мне 49 лет, мужчина. Занимался теннисом и футболом с детства до 30 лет. Сейчас работа связана с длительным пребыванием в положении стоя. Периодически правая болит нога. Обследовался в клинике. Диагноз поставили тоннельный синдром. Нужно ли оперировать?

    В данном случае вопрос об операции решается индивидуально. Тоннельный синдром может лечиться оперативно в случае, когда сжатие нерва значительное, что приводит к выраженной симптоматике, проявляющейся в постоянных выраженных болях. Начинают обычно с консервативного лечения, при неэффективности лечат хирургически.

    Читать ответ полностью

  • Петренко М.,

    Сезонный ринит беспокоит с детства, но не сильно, и я его особо не лечил. В настоящее время стал чувствовать себя хуже, нос течет, чихаю, беспокоит постоянно. Существует способ хирургического лечения, насколько знаю. Можно ли таким образом избавиться от ринита?

    Хирургическое лечение ринита – вопрос, требующий крайне внимательного рассмотрения. Объясню, почему. Ринит лечится терапевтически в настоящее время довольно успешно, за прошедшие десятилетия фарминдустрия демонстрирует хорошее развитие. Хирургически корректируются или удаляются гипертрофированные части слизистой оболочки, что необходимо для устранения переполнения сосудов ее. Кроме того, нередко такая операция приводит к прогрессированию аллергического процесса, обострению ринита. Эффективность...

    Читать ответ полностью

Остались вопросы?

Просто позвоните по телефону или отправьте заявку

+7 (495) 212-08-85
show
close

Мы перезвоним в удобное для вас время!

Задайте вопрос нашему специалисту

Запишитесь на прием к специалисту